Мадорский Залман Гамшеевич
Родился будущий кавалер 2 июня 1907 г. в еврейской семье, проживавшей в уездном городе Рогачеве Гомельской губернии (ныне это райцентр под тем же названием в Гомельской обл. Республики Беларусь).
Получил высшее образование.
В действующей армии находился с июля 1941 г. по ноябрь 1945 г. В одних документах указано, что он пошел на фронт добровольно, в других — что был мобилизован Калининским райвоенкоматом. Скорее всего, здесь нет противоречия, поскольку добровольцам задним числом оформляли мобилизацию через военкоматы (см. воспоминания инженера-полковника запаса Н. Ф. Филиппова далее).
В 1942 г. З. Г. Мадорский вступил в ВКП(б). В это время он в звании инженер-капитана занимал должность начальника бронегруппы Управления оборонительного строительства № 29 Ленинградского фронта (на участке Лигово — Колпино).
В обороне Ленинграда огромную роль сыграли защитные сооружения и их создатели — инженерно-технические войска. Для документальности и объективности историю формирования оборонительных сооружений вокруг Ленинграда и создания 29-го управления, где служил З. Г. Мадорский, лучше изложить воспоминаниями командира роты 126-го военно-строительного отряда 32-го управления военно-полевого строительства инженера-полковника запаса Н. Ф. Филиппова: «В 1941 г. фашистским войскам... не удалось овладеть Ленинградом, они вынуждены были перейти к обороне. Враг надеялся, что защитники города, испытавшие все ужасы блокады, острую нехватку продовольствия, оружия, боеприпасов, потеряют способность сопротивляться, и Ленинград падет к ногам победителей. Захват его планировался в 1942 г.
А между тем фашистские войска непрерывно и методично разрушали наши оборонительные сооружения, построенные в спешном порядке осенью 1941 г. Эти сооружения в основном были дерево-земляными, за зиму их состояние заметно ухудшилось. Весной 1942 г. со всей остротой встал вопрос о восстановлении разрушенных и возведении новых оборонительных сооружений с тем, чтобы превратить Ленинград в неприступную крепость.
Но как выполнить колоссальный объем работ, если инженерных войск осталось совсем мало? В первую блокадную зиму эти войска понесли значительные потери личного состава. Ведь им приходилось под огнем противника совершенствовать оборонительные рубежи, создавать так называемый «броневой пояс» Ленинграда, устанавливать минные поля и т. д. И в наступлении они всегда были впереди, устраивая проходы в минных полях, а при отступлении отходили последними, устанавливая минные и другие заграждения. Не было надежды на переброску инженерных войск в Ленинград с других фронтов; там тоже сложилась трудная обстановка.
Выход оставался один — формировать инженерные части из девушек и женщин блокадного города. 2 июня 1942 г. исполком Ленгорсовета в соответствии с решением Военного совета фронта обязал районные Советы депутатов трудящихся провести соответствующую мобилизацию. Надо сказать, что создание таких частей прошло организованно и быстро. Ленинградские женщины — работницы фабрик и заводов, учащаяся молодежь, домохозяйки — с готовностью, с глубоким пониманием долга вступили в ряды активных защитников города...
Из трудармейцев-добровольцев были сформированы военно-строительные колонны № 179 — 182, входившие в состав 8-го Управления военно-полевого строительства Ленинградского фронта, которое 1 октября 1942 г. было переформировано в Управление оборонительного строительства № 29.
На основании постановления Государственного комитета обороны и приказа Народного комиссариата обороны от 9 октября 1942 г. личный состав строительных колонн был переведен на положение состоящих в рядах Советской Армии и оформлен через райвоенкоматы».
Вот на этом участке войны и пришлось оказаться З. Г. Мадорскому, а точнее — на оборудовании долговременных огневых точек (иногда их называют и долговременными оборонительными точками).
ДОТ — это «отдельное малое капитальное фортификационное сооружение из прочных материалов, предназначенное для долговременной обороны и стрельбы различными огневыми средствами из защищенного помещения (боевого каземата)».
Чаще эти сооружения возводятся из монолитного железобетона. Но в качестве строительного материала могут также использоваться сборный железобетон, камень на растворе, железные армированные балки, броневые закрытия. Огневая точка, выполненная целиком из металла, носит название бронеколпак. Ее основным преимуществом является повышенная прочность, бронеколпак имеет меньше шансов обвалиться при обстреле сооружения.
З. Г. Мадорский возглавлял отдел, называемый «бронегруппой». Именно они и занимались проблемами технической разработки, производства и установки бронеколпаков для ДОТов. Их вместе с бронеавтомобилями и танковыми корпусами производили на Ижорском заводе.
Вот какую характеристику своему подчиненному в наградном листе подписал начальник Управления оборонительного строительства № 29 Ленинградского фронта комбриг Ходырев:
Мадорский З. Г. прибыл на Ижорский ордена Ленина завод в качестве военного представителя Инженерного управления Ленинградского фронта в июле месяце 1942 г. по приемке заказа по броневым ДОТам 5-й, 6-й и 7-й очередей.
Тов. Мадорский З. Г. в своей работе на Ижорском заводе внес ряд ценных предложений по модернизации и бронестойкости вращающихся пулеметных башен ВПБ-3.
Тов. Мадорский за период операций 55-й армии по занятию деревни Путролово и Ям-Ижоры непосредственно принимал активное участие в закреплении новых рубежей броневыми ДОТами производства Ижорзавода. Особенно большую работу тов. Мадорский провел в конструировании и налаживании производства больших ДОТов ИЗ-1, ИЗ-2, ИЗ-3, ИЗ-4.
Тов. Мадорский вместе со строителями сделал большой вклад в дело обороны г. Ленинграда.
Ходатайство было поддержано, и 30 апреля 1943 г. «Приказ войскам Ленинградского фронта № 0833/Н» подписали: командующий войсками Ленинградского фронта генерал-полковник Л. А. Говоров, нач. штаба Ленинградского фронта генерал-лейтенант Д. Н. Гусев, члены Военного совета Ленинградского фронта генерал-лейтенант А. А. Жданов и генерал-майор А. А. Кузнецов.
Всякие истории были с награждениями — и не только честные и справедливые. Ветераны вспоминали, что и жребий иногда тянули, кому орден или медаль получить. Если после затяжных и жестоких боев во взводе осталось лишь несколько человек, и все они показали себя настоящими бойцами, то как по-другому справедливо определить кандидатуру для награждения? И приближенные адъютанты генералов и полковников иногда в списке награжденных оказывались, и земляки-товарищи... Поэтому частенько окопники с недоверием относились к боевым наградам штабников или технического персонала, которых ни разу не видели в штыковой атаке или под бомбежкой. Но с инженер-капитаном З. Г. Мадорским не тот случай — свою «Звездочку» он заслужил честно. Многие вернулись с той кровавой войны живыми, даже не подозревая, что спас их именно Мадорский. Вот еще одна цитата из мемуаров очевидца Н. Ф. Филиппова: «Доты „Ижоры“ были герметизированы и обеспечены сантехникой, водоснабжением, вентиляцией, отоплением, системой охлаждения и надежной телефонной связью. Практически они были неуязвимы и сохранили жизнь многих тысяч защитников Ленинграда. Железобетонный рубеж „Ижора“ позволил командованию маневрировать войсками, надежно удерживать оборону со значительно меньшим количеством войск».
А о том смерче огня и стали, который бушевал на месте деятельности 29-го Управления оборонительного строительства Ленинградского фронта, может свидетельствовать хотя бы такой факт. Упомянутая в наградном листе д. Путролово простояла четыре с половиной века (впервые она упоминается в Писцовой книге Водской пятины 1500 г.), а вот постановлением Секретариата Президиума Верховного Совета РСФСР от 30 октября 1950 г. была исключена из областных административных данных. Причина? Указана и причина: «После войны не восстановлена».
З. Г. Мадорский помимо ордена Красной Звезды был награжден медалями «За оборону Ленинграда» (22 декабря 1942 г.) и «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941 — 1945 гг.» (9 мая 1945 г.). Ушел «на гражданку» в звании инженер-майора.