Шарашкин Иван Федорович
Родился 3 мая 1918 г. С указанием места рождения в документах имеется путаница. В учетной карточке, заполненной в Щелковском райвоенкомате Московской обл. 6 мая 1947 г., в соответствующей строке написано: «Моск. обл., г. Михайлов». В другой учетной карточке — уже без указания даты и места заполнения — стоит «г. Михайлов Москов. об. д. Воронка». Однако проблема в том, что в Московской обл. не было и нет города с таким названием. Город Михайлов существует в Рязанской обл., и, скорее всего, именно потому в электронной системе портала «Память народа» местом рождения Шарашкина указан рязанский г. Михайлов. Учитывая, что до войны и после войны И. Ф. Шарашкин проживал в Московской обл., надежнее предположить местом его рождения деревни Михайловскую/Михалково или Воронки, которые ныне входят в городской округ Красногорск Московской обл.
Окончил 5 классов.
В 20-летнем возрасте в июле 1938 г. Коломенским райвоенкоматом Московской обл. был мобилизован в РККА. Так что Великую Отечественную войну к той поре уже сержант Шарашкин встретил за рычагами танка в должности механика-водителя. Воевать пришлось на Карельском фронте — сначала в составе Медвежьегорской оперативной группы, а после в 4-м отдельном танковом батальоне 32-й армии, которая после почти полного уничтожения была повторно сформирована 10 марта 1942 г. на базе Медвежьегорской и Масельской оперативных групп.
Воевал отважно. Получил два ранения: легкое 6 августа (по другим данным, в сентябре) 1941 г. и тяжелое 12 октября (по другим данным, в декабре) 1941 г. И был представлен к ордену Красного Знамени.
В то время — в начале войны — процедура награждения еще регламентировалась Конституцией СССР 1936 г., согласно которой право утверждения и награждения советскими орденами и медалями было закреплено исключительно за Президиумом Верховного Совета страны. И процедура награждения происходила только в Москве. Неудачи начала войны с неизбежным хаосом в средствах связи, документообороте, транспортном сообщении не могли не нарушить этого порядка. К примеру, за второе полугодие 1941 г. орденами и медалями были награждены 29.474 чел., но реально заветную коробочку смогли получить лишь 30,5 %. Двое из трех награжденных до столицы добраться не смогли. Реформа наградной системы СССР с 18 августа 1941 г. отменила монополию Кремля на право вручения орденов и медалей от имени высшего органа государственной власти. Однако внедрение новых правил случилось не в одночасье. И на примере награждения И. Ф. Шарашкина можно проследить сложный механизм награждения в 1941–1942 гг.
30 декабря 1941 г. непосредственные командиры — командир части старший лейтенант Нечаев и военком части старший политрук Герасимов оформили на отважного танкиста такое представление к награждению орденом Красного Знамени:
4 июля 41 г. в боях с немецко-финскими бандами в районе АЛЛАКУРТИ тов. ШАРАШКИН проявил высокую волю к победе и мужество, смело ринувшись в бой с немецкими танками, которые по своей численности в 3 раза превосходили взвод, в котором был ШАРАШКИН. В этом не равном бою танк, которым управлял тов. ШАРАШКИН, был подбит ПТО противника, а сам тяжело ранен в плечо. Претерпевая боль в плече, управляя одной рукой боевой машиной, после израсходования боекомплекта он вывел танк в безопасное место и потерял сознание, тогда только командиру машины стало известно о ранении водителя.
27 августа противник пытался перерезать дорогу нашим частям. Экипажу тов. ШАРАШКИНА была поставлена задача выбить противника оседлавшего дорогу. Бесстрашный экипаж сметая с дороги пехоту и огневые точки противника и давя их гусеницами блестяще выполнил боевой приказ. Много фашистов нашло себе могилу от огня танка, управляемого ШАРАШКИНЫМ.
11 октября в районе КОНЧОЗЕРО танк ШАРАШКИНА поддерживал наступление частей 2-й легко-стрелковой бригады. Соседний танк, попавший на фугас, был подорван. Финны приблизились к танку и пытались сжечь его. Увидя это ШАРАШКИН повел свою машину к танку товарища, уничтожив группу противника и отогнав его от танка выскочил из машины, взял на буксир подорванный танк и отбуксировал в укрытие.
При защите МЕДВЕЖЕГОРСКА танк тов. ШАРАШКИНА не раз громил фашистские банды в районе лагеря ББК, 2-я КУМСА и г. ПИНДУШИ, где и был 5.XII.41 г. вторично ранен.
Вывод: тов. ШАРАШКИН достоин ПРАВИТЕЛЬСТВЕННОЙ НАГРАДЫ ОРДЕНОМ «КРАСНОЕ ЗНАМЯ». (Текст документа приведен без редактирования).
Следом изложил свое мнение начальник автобронетанковых войск Медвежегорской опергруппы капитан Казанский: «Ходатайствую о представлении к ордену „КРАСНОЕ ЗНАМЯ“».
Минули новогодние праздники, и 17 января 1942 г. на наградном листе появились еще две подписи — командующего опергруппой войск Медвежегорского направления генерал-майора Трофименко и члена Военного совета бригадного комиссара Пугачевского: «Достоин Правительственной награды орден „Красное Знамя“».
Через три месяца процедура дошла до оформления приказа: 14 апреля 1942 г. четыре (!) человека — командующий войсками Карельского фронта генерал-лейтенант Фролов, начальник штаба фронта генерал-майор Сквирский, члены Военного совета фронта корпусный комиссар Желтов и бригадный комиссар Куприянов — подписали «Приказ войскам Карельского фронта № 0213». Трудно сказать радовался или огорчался механик-водитель танка 4-го отдельного танкового батальона 32-й армии Иван Федорович Шарашкин, но вместо ордена Красного Знамени он получил менее статусный орден Красной Звезды.
Прошло еще почти четыре месяца, и 4 августа появился Указ Президиума Верховного Совета СССР, который на основании вышеприведенного приказа по Карельскому фронту узаконил награждение на самом высоком уровне.
А саму награду Шарашкин получил в Москве 30 октября 1942 г. — день в день через 10 месяцев после того, как был к ней представлен.
Хотя радовались на фронте, конечно же, не столько орденам, сколько тому, что оставались живыми. В этом отношении наш герой оказался везунчиком: куда бы ни забрасывала его солдатская судьба (в 1942 г. на Юго-Западный фронт, в 1944–1945 на 1-й Украинский фронт), везде смерть обходила его стороной. К концу войны, несмотря на свое всего лишь начальное образование, он уже носил офицерские погоны младшего техника-лейтенанта и занимал должность заместителя командира роты по технической части 2-го танкового батальона 242-й танковой бригады 31-го танкового корпуса. Служил по-прежнему честно и ответственно, воевал — храбро и самоотверженно. И закономерно, что был снова представлен к награде.
6 марта 1945 г. командир 2-го танкового батальона гвардии капитан Борискин направил наверх наградной лист на И. Ф. Шарашкина, в котором говорилось:
За период январско-февр. наступательных боев в качестве зам. ком. роты по тех. части тов. Шарашкин действовал смело и решительно, принимая все меры к тому, чтобы его машины были всегда в полной боевой готовности. Не было ни одного случая, чтобы в его роте по техническим неисправностям не участвовали все машины в бою. Им лично восстановлено 4 танка и эвакуировано из болот застрявших три танка. 4 февраля в населенном пункте Бешлеиндорф [Бешленндорф? — Я.Я.] оставшаяся в тылу наших частей группа немцев обстреляла штаб. Находясь в это время на танке связи тов. Шарашкин сам сел за рычаги, так как механик-водитель был болен и рассеял группу немцев до 40 человек, уничтожив при этом до 20 чел. и 20 челов. взял в плен.
За выполнение боевых заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом доблесть и мужество младший техник-лейтенант Шарашкин достоин правительственной награды орденом «Отечественная война» 2-й степени«. (Текст документа приведен без редактирования).
(Отметим: указанный топоним в Германии найти не удалось; возможно, так ошибочно написано название общины в земле Шлезвиг-Гольштейн Бешендорф/Beschendorf).
Поддержали мнение комбата сначала командир 242-й танковой краснознаменной ордена Суворова бригады подполковник Хуртин (9 марта 1945 г.), затем командир 31-го танкового корпуса генерал-майор Кузнецов (3 мая 1945 г.).
На этот раз долго ждать не пришлось. Уже через 3 дня, 6 мая, появился «Приказ № 31 танковому Висленскому краснознаменному ордена Суворова корпусу № 038/Н», который узаконил награждение младшего техника-лейтенанта Шарашкина Ивана Федоровича орденом Отечественной войны II степени.
Так что наступившее через следующие три дня окончание войны герой встретил с двумя боевыми орденами на груди.
Сразу после войны Иван Федорович проживал в г. Щелково Московской обл.